Русские на берегах Ла-Платы и просторах Патагонии

    Начало русской эмиграции в Аргентину и другие страны Латинской Америки относится к 60-м годам XIX века. По своему характеру это была экономическая эмиграция, состоящая преимущественно из крестьян, прибывших сюда в поисках земли. Среди выходцев из России, помимо русских, были также евреи, поляки, белорусы, украинцы и русские немцы, многие из которых относили себя к русским.

    Русская диаспора в Аргентине, наиболее многочисленная из латиноамериканских русских диаспор, была по преимуществу аграрной, т.е. состояла из лиц, занимающихся сельскохозяйственным трудом, и сложилась преимущественно из представителей экономической эмиграции и их потомков. Они сохранили многое из русских культурных традиций и язык. Компактное проживание в сельской местности, необходимость взаимовыручки в тяжелых условиях латиноамериканского климата и, возможно, само традиционное общество, существовавшее в аграрной Аргентине, способствовали этой тенденции.

    Вызванные разными причинами потоки эмиграции из России в Аргентину, в конце XIX в., в период Первой мировой (1914 г.) и Гражданской войн, в 1920-1930 гг.; переезд значительного числа перемещенных лиц из американской и английской зон оккупации Германии после окончания Великой Отечественной войны (1945-1948 гг.); приезд на постоянное жительство советских женщин, создавших семьи с гражданами этой страны (1970-1980 гг.), объясняют широту и пестроту политического и социального спектров наших соотечественников, характер их представлений о России, степень сохранения ими российских культурных, этнических и иных традиций.

    Об истории русской эмиграции в Аргентину красноречиво рассказывает русское кладбище в Буэнос-Айресе. На надгробиях там можно встретить дорогие для каждого русского фамилии: Бунины, Голицыны, Горчаковы, Раевские.

    Вплоть до начала 90-х русская общинная жизнь в этой стране била ключом. Русские аргентинцы – люди мыслящие, сильные характеры, яркие личности. Однако, сейчас, когда старшее поколение ушло, а среднее, главным образом, переехало в США, русских первой волны эмиграции осталось не так уж много.

    В 70-80 годы прошедшего века Аргентина снова превратилась в страну иммиграции благодаря "экономическому чуду", привлекшему в страну в начале 90-х много хороших специалистов со всего мира. С начала 90-х годов Аргентина стала принимать иммигрантов из стран Восточной Европы. Среди населения страны преобладает нормальное отношение к "новым" иммигрантам. Можно, конечно, встретить тех, кто считает, что иммигранты отнимают работу у местных жителей. Однако такие случаи скорее исключение, чем правило.

    Хотя последний пик русской эмиграции пришелся на середину XX века, русская колония до сих пор жива. Теперь в одном только Буэнос-Айресе насчитывается около 100 000 русскоязычных эмигрантов и их потомков. Живут они здесь распыленно, за исключением Шварцвальде – района в пригороде Буэнос-Айреса, где в районе "нахаловки" на базе двух казачьих колоний вырос компактный русский жилой массив.

    Значительная часть местных русских продолжает заниматься сельским хозяйством, осела в деревне, заметно вросла в местную жизнь. В аргентинской провинции Мисьонес у бразильской границы, например, есть городок Овера, где половина жителей – выходцы из России, они свято соблюдают ее праздники и традиции. Есть общины в Росарио и известном курортном городе Барилоче.

    В городах русские, как правило, принадлежат к средним слоям местного общества. Это служащие, инженеры, преподаватели, некрупные бизнесмены, много пенсионеров. Русской эмиграции (как и другим) хлеб достается нелегко, приходится напряженно работать, порой в двух-трех местах. Трудятся все – и простые рабочие, и потомки Горчакова. Высокая квартплата, налоги, постоянно растущая стоимость жизни заставляют повседневно думать о хлебе насущном.

    Как и другие национальные меньшинства страны, русские тоже стремятся к различным формам объединения. Одна из наиболее заметных – русские клубы: в Буэнос-Айресе – им. Горького, Маяковского, Белинского, Островского. Для русского человека, которому особенно присуще чувство тоски по родине, такие клубы – просто отдушина. Сюда приходят семьями, слушают музыку, концерты, лекции, танцуют, вспоминают – одним словом, отдыхают. Сейчас, когда съездить в Россию стало значительно легче, в таких клубах часто слышишь и рассказы о подобных поездках.

    Своего рода клубами являются и действующие в столицах стран этого региона православные храмы, где верующие после службы, как правило, встречаются за чашкой чая. Держится так называемая монархистская эмиграция в Аргентине, объединяющая несколько сот потомков бывших белых. У них своя церковь, дом престарелых, школы для детей и даже газета "Наша страна" – единственное в Южной Америке издание на русском языке.

    В стране есть несколько старообрядческий поселений, среди которых следует отметить колонию русских старообрядцев в Чоэль-Чоэле, по среднему течению реки Рио-Негро, в одноименной провинции на юге Аргентины – Патагонии.

    Благодаря своему традиционному трудолюбию, духовной крепости, взаимопомощи, а также высокому уровню образования, старообрядцы добились больших успехов в Америке. Как в Северной, так и в Южной. Среди русских (по сравнению с другими этническими группами) наименьший процент преступности, а вот по образованности и уровню доходов они – лидеры. И это не богатые наследники – это труженики добившиеся всего "с нуля" своими руками.

    В старообрядческих общинах много детей: в среднем – восемь, но встречаются семьи, в которых двенадцать, пятнадцать и более детей. В таких семьях стабильно сохраняются традиционные жизненные установки, передаваемые из поколения в поколение. Детей воспитывают не только мать с отцом, но и братья с сестрами, и вообще вся община.

    Причем, свято храня древние традиции и обычаи, старообрядцы не чуждаются новой техники: осваивают компьютеры, Интернет. Для спевок, например, они активно используют радиотелефоны. Дети знают множество русских игр, умеют петь, плясать, девочки шьют, вышивают, занимаются другим традиционным рукоделием.

     Первые православные общины появились в Южной Америке еще в конце XIX века, когда волны эмиграции принесли в Аргентину выходцев из Российской империи, Балкан и с Ближнего Востока. В 1887 году православные жители Аргентины обратились через русское генеральное консульство к Святейшему Синоду Российской Православной Церкви с просьбой прислать священника. В 1888 году при русской дипломатической миссии в Буэнос-Айресе был создан первый православный приход, настоятелем его был назначен священник Михаил Иванов. Богослужения совершались в частном доме, куда из Мадрида был передан походный иконостас.

     В этом домовом храме 1 января 1889 года были совершены первая в истории Южной Америки православная литургия и первые крещения и венчания. На средства, выделенные Святейшим Синодом, и на пожертвования верующих из России и других стран в Буэнос-Айресе началось строительство православного храма. В конце 1899 года храм был построен, а в 1901 году освящен во имя Святой Троицы. Настоятелем его стал священник Константин Изразцов.

     Проектировал храм академик архитектуры Преображенский, который был при Священном Синоде. Выполнил – Кристоферсон. Брат его был некогда поверенным в делах Императорской России в Буэнос-Айресе. А вот другой брат, архитектор, выполнил этот проект удивительно хорошо. Это – типовой храм примерно XVII века.

    Во время торжественного освящения храма в 1901 г. присутствовал тогдашний президент Аргентины Хулио Рока. Это событие прогремело на всю страну и даже к соседям дошло. Вот тогда встал русский храм. Туда ходили и сирийцы православные, арабы православные, некоторые югославы, потом пошли эмигранты первой волны русской эмиграции.

     С середины 20-х годов православная община страны была расколота из-за конфликта между зарубежной Русской Православной Церковью и церковью Московского Патриархата.

    Июнь 1947 года ознаменовался рождением в Буэнос-Айресе православной Благовещенской общины, административно подчиненной Московскому Патриархату. На средства, собранные верующими, был куплен дом, который позже перестроили в храм, освященный во имя Благовещения Пресвятой Богородицы. В 1948 году к Благовещенской общине в Буэнос-Айресе присоединились православные члены колонии в Жапежу в провинции Мисьонес.

     За 57 лет своего существования Аргентинская епархия Московского Патриархата выросла и окрепла. Были открыты приходы на территории Аргентины, Бразилии, Чили, появились клирики из числа местных жителей. Православные христиане Аргентины поддерживают контакты с иерархией и клиром Римско-Католической Церкви, к которой принадлежит большинство населения страны.

     Аргентина – страна не маленькая, русские живут не компактно, но православная церковь и любовь к русской культуре объединяют их в единое целое. Русским языком владеют все, почти все воцерковлены, существуют русские издания, в том числе, и периодические. Дети посещают субботние школы при храмах, иногда находящиеся за двести и более километров от дома. Там преподаются Закон Божий, русская история, язык, литература, родиноведение (специальный предмет о России), церковное пение, танцы, народная культура и, обычно, театральный кружок.

    С 1947-го до середины 50-х годов славянской диаспоре покровительствовал советник аргентинского президента Хуана Перона по антипартизанским операциям русский генерал Борис Смысловский-Хольмстон. До революции 1917 г. он был генералом императорского гвардейского полка. Теперь же ситуация изменилась. Местные власти не особенно заботятся о русской диаспоре. Сейчас это прерогатива бизнесменов и благотворительных фондов.

     Сейчас уже нет значительных переселенческих потоков в Аргентину, но ряды русской эмиграции пополняются: русскими женами уроженцев страны, лицами, оформляющимися через те или иные вербовочные фирмы, людьми, приезжающими по приглашению родственников и потом всякими правдами и неправдами остающимися на постоянное жительство. Встречаешь там и бывших наших моряков, и русских преподавателей в университетах.

     Эта последняя волна эмиграции в эту страну совпала с перестройкой. И хотя она носит скрытый, завуалированный характер, новые эмигранты могут стать реальным фактором, способствующим возрождению русской колонии. "Новые русские" составляют крайне незначительный процент среди новой волны. Подавляющее же большинство прибывает в Аргентину в надежде заработать и при благоприятном стечении обстоятельств остаться на постоянное место жительства.

     Хотя уже не одно десятилетие существует и прямо противоположная тенденция. Еще в пору хрущевской оттепели 60-х годов многие русские эмигранты и их потомки, рожденные в Аргентине, приняли советское гражданство и возвратились на историческую родину. В Москве, например, анклав русских репатриантов из Аргентины, по некоторым данным, насчитывает около шести тысяч человек. В годы перестройки в Россию потянулись аргентинцы русского происхождения, в основном представители среднего класса, надеявшиеся помочь становлению в стране цивилизованного предпринимательства.

     Экспертная группа Департамента Международных Связей правительства Москвы провела опрос в августе 1997 г. в г. Буэнос-Айрес и г. Обера (провинция Мисьонес). В качестве респондентов были привлечены представители славянских организаций различных волн эмиграции, сотрудники муниципальных органов власти, ученые-слависты. Экспертный опрос дополнен контент-анализом материалов, опубликованных в местной русской газете "Наша страна".

     Очевидно, что современная аргентинская нация с соответствующим ей национальным самосознанием могла возникнуть только на основе достижения этнического и культурного консенсуса, в том числе – путем ассимиляции миграционных потоков. Однако в аргентинском обществе присутствует и такое явление, как аккультурация, предполагающая процесс приобретения человеком или группой людей норм и ценностей господствующей в данном обществе культуры при сохранении национальной культуры и языка. Об этом говорит опыт существующих в Аргентине многочисленных общественных объединений, вокруг которых консолидируются выходцы из разных стран.

     К примеру, существующий более 50 лет клуб "Восток", объединяющий белорусов, украинцев, литовцев, выехавших после Первой мировой войны с территорий бывшей Российской империи, ставит задачу сохранения русского языка и культуры; осуществления контактов с русскими организациями в других странах; консолидации различных миграционных волн выходцев из России.

     Идентифицирует себя с Россией и немалая часть бывших граждан СССР, в разные годы эмигрировавших в Аргентину, объединенных в Федерацию клубов бывших советских граждан и другие организации. В то же время распад Советского Союза и возникновение независимых Украины и Белоруссии не могли не сказаться на ситуации в общинах, спровоцировав процесс этнического размежевания. Особенно это чувствуется во взаимоотношениях между русской и украинской общинами. Таким образом, тенденция к сужению социальной базы собственно российской диаспоры присутствует.

     Следует отметить, что на фоне действующих в Аргентине арабских, армянских, еврейских объединений, организации российской диаспоры выглядят малочисленными и раздробленными. Слабая степень консолидации является характерной чертой русских организаций как традиционного, так и нового зарубежья. Имевшие место еще в период существования СССР попытки снять напряжение между организациями, объединяющими различные волны эмиграции, серьезного результата не дали. Традиционное деление на так называемую белую и розовую эмиграции сохраняется и среди славянских общин Аргентины, сдерживая возможные тенденции к объединению даже в тех случаях, когда организация стоит на грани выживания.

     Так, белая эмиграция и их потомки консолидируются в провинции Буэнос-Айрес вокруг "Корпусного дома". Основой объединения является приверженность монархическим идеалам, что существенно сужает социальную базу деятельности этой организации. Не способствует привлечению в организацию новых членов и отношение к представителям других волн эмиграции как к "идеологическим оппонентам". В то же время руководство "Корпусного дома" считает возможным оказывать платные услуги новой волне эмигрантов в поисках жилья и работы. В принципе, данная структура могла бы стать основой Центра по поддержке эмиграции, решив тем самым вопросы финансирования и обеспечив себе достаточно перспективное направление деятельности. Но для этого необходима определенная деидеологизация, которую, как показал опрос, большинство актива не приветствует.

     Аналогичные проблемы переживает и единственная русскоязычная газета "Наша страна", издаваемая в Аргентине и находящаяся на грани закрытия из-за отсутствия должного финансирования. Газета выходит с сентября 1948 г., является печатным изданием промонархической ориентации и ставит своей задачей "защиту идеалов Белого движения и Освободительного движения народов России". При этом белая эмиграция характеризуется как "духовная основа возрождения Российского государства", единственный "гарант" выживаемости "русской национальной идеи" и в России, и за ее пределами.

     В то же время газета "Наша страна" имеет более чем 50-летний опыт существования, сеть корреспондентских связей, при деидеологизации газета могла бы существенно расширить круг читателей и стать не только основой консолидации российской диаспоры, но и важным источником информации об экономическом и культурном потенциале современной России.

    Представляется, что наиболее активные и дееспособные российские организации сосредоточены в местах компактного проживания выходцев из России и других республик бывшего СССР. В этой связи несомненный интерес представляет деятельность Русского клуба г. Обера (провинция Мисьонес). Этнический состав клуба достаточно пестрый (украинцы, белорусы, поляки, русские), большая часть которых – потомки так называемой трудовой эмиграции XIX – начала XX веков.

     Очевидно, что основой для сохранения русской культуры в полиэтническом обществе современной Аргентины являются российски ориентированные общины выходцев из России и других республик бывшего СССР. Очевидно, что данные структуры нуждаются во всесторонней поддержке со стороны государственных и общественных организаций России, осуществляющих взаимодействие с диаспорой традиционного зарубежья.

     Можно также надеяться, что позитивную роль в укреплении и развитии двусторонних отношений между Россией и Аргентиной могут сыграть представители российской диаспоры страны, сохранившие культурную и этническую идентичность и стремящиеся к контактам с исторической родиной.